Вспомнив, что здесь, кроме Императора никому нельзя находиться, Леди Шантакаль подхватила свои туфельки и босиком помчалась до незнакомца, чтобы поскорее выпроводить его отсюда.
— Простите! — Крикнула девушка, маша Императору своими туфельками. — Извините, но здесь нельзя находиться! — Ингрид так легко бежала по мощеным булыжником дорожкам, что обернувшись на её голос, Император застыл статуей, смотря на обворожительно прекрасную незнакомку.
— Что? — Император сначала даже не услышал, что ему говорит красавица. Он смотрел на её пухленькие, розовые губки, и думал лишь о том, какие они на вкус. Как спелая малина или клубника?
— Я говорю, что это оранжерея Императора, и здесь нельзя находиться. — С улыбкой произнесла Ингрид, но уже громче, решив, что работник, хоть и молод, но уже глуховат. Хотя, это внешне он молод, а, как известно, люди, живущие в Альянсе, долго не стареют. Такому красавцу только на вид лет тридцать, а в действительности может и все двести!
— Но вы же здесь, милая Леди. — Губы императора расползлись в улыбке. Он решил продолжить игру, придуманную незнакомкой, и не выдавать своего реального положения. Совершенно естественная потребность быть обычным человеком, чтобы люди воспринимали тебя не как венценосной персоной. Улыбались так же, как эта милая, маленькая девочка. И говорили абсолютно неформально. Однако законы запрещали подобное поведение и за это, можно было казнить!
— Я? — Ингрид сама умудрилась забыть, что непосредственно находится там, где находиться нельзя. — Я заблудилась. — Нашлась с ответом девушка, чем ещё больше раззадорила Императора. — И уже ухожу, и вас с собой забираю. — Решительно ухватила Императора за руку и повела вон из сада.
Прикосновение красавицы — озорницы, всколыхнуло сердце Правителя. Он не мог надышаться рядом с ней. Все его нутро взволновалось при виде девушки! Такая яркая, нежная, весёлая, Ингрид мгновенно завладела сердцем Императора Альфадена. Правда сама ещё об этом не догадывалась.
По пути в некуда, Ингрид и Император разговорились.
— Как вас зовут? — Спросила девушка, всё также неся свою обувь в руках. Вайлас невольно заметил, какие маленькие, аккуратные ножки у этой прелестной девицы. Он даже не подумал, что она может быть из аристократов, про себя решив, что никто Императору не указ, и он может позволить себе жениться даже на дворовой девке.
— Дитрих. — Вырвалось и Вайласа второе имя, дарованное от отца, раньше, чем он сообразил, что сказал. — А вас?
— Ингрид. — Улыбнулась девушка, взмахнув туфельками. — Ой, забыла! — Рассмеялась Ингрид, вспоминая, что так и не обулась. — Голова моя дырявая!
— Постойте! — Дитрих-Вайлас жестом остановил Ингрид, которая уже готова была бросить туфельки на мраморный пол, чтобы обуться.
Ингрид застыла, ошарашенно глядя на то, как красавец-мужчина опускается на одно колено, чтобы в следующую секунду взять туфли прекрасной Леди и с величайшей аккуратностью, надеть обувку на тонкие, изящные ножки, сливочного цвета.
Ингрид, которая не привыкла к подобным ухаживаниям со стороны мужского пола, тут же залилась краской и прикусила губу, чтобы не расплыться в улыбке счастья.
«Ну и что, что глуховат! Зато, какой он великолепный!» — Влюблённо подумала Леди, смущённо потупив свой взор.
— Ах, какие ножки! — Восторженно воскликнул Дитрих-Вайлас, улыбаясь.
Было и без слов понятно, что эти двое понравились друг другу с первого взгляда. Они могли и молча находиться рядом, просто чувствуя друг друга. Такое встречалось не редко — любовь с первого взгляда. Поэтому в это верили, этим гордились.
Дитрих и Ингрид шли вперед, не преследуя какую-то цель, но умудрились дойти до портретного зала, где, собственно, и собрались настоящие конкурсантки.
— Ваше Величество! — Благоговейно вскрикнула Мадам, кидаясь в ноги. Её воспитанницы, к их счастью, подобный жест не повторили, а просто сели в реверансе, склоняя голову.
Стоявшая чуть поодаль Ингрид, нахмурившись, смотрела на огромный портрет того, кто несколько минут назад своими руками надевал на её голые ноги туфли. В горле у неё встал ком.
«Только я могла попасть в такую ситуацию. Кто, если не Правитель будет так вальяжно расхаживать по собственному саду? Башка твоя садовая, Ингрид!» — Готовая расплакаться от несправедливости Ингрид, всхлипнула и сделала то, на что была способно лишь она одна.
Нет, она не убежала с криками: «спасите!», «помогите!». Ингрид просто обошла Правителя, встав прямо перед ним. Она не села в поклоне, выказывая своё уважение. Хотя это само по себе уже дикость. Ингрид смотрела на него, совершенно ошалелым взглядом. Немного придурковатым даже.
— Ваше Величество? — Хотела произнести как утверждение, но вышло вопросом.
Только все присутствующие, которые при виде Властителя Альянса перестали дышать.
— Я. — Виновато улыбнулся Вайлас, а у Ингрид ушки заалели.
Ингрид же в свою очередь начала хохотать. Заливисто так. Но это уже явно было нервное.
— Астрид! — Шикнула Мадам леди Шантакаль, с ужасом следя за поведением Ингрид. — Уведи её! Живо!
Астрид подорвалась к сестре, боясь, что на неё обрушиться Имперская кара.
— Ваше Величество, умоляю, прошу Вас, просите мою младшую сестру. — Задыхаясь, пробормотала Астрид, боясь даже взглянуть Правителю в глаза.
А Вайлас тем временем с упоением слушал смех прекрасной Ингрид.
Сестра ухватила Ингрид за руку и рванула на себя. Девушка, которая до этого застыла в одном положении, не удержалась и полетела на пол. Слава Богам, её успел поймать Император!
Завидев эту сцену, Мадам упала в обморок. Шумно так упала. Ахнула и упала. Правда, её никто ловить не собирался.
— Простите. — Произнесла Ингрид, когда над ней склонился Правитель, седьмой Император Альянса.
— Я не мог позволить вам пораниться, моя дорогая. — От такого обращения все остальные девицы едва не попадали.
В какой-то момент Ингрид поняла, что такое поведение неприемлемо! Непростительно! Она вырвалась из объятий, которые дарили ей спокойствие и уверенность, и поднялась на ноги.
— Прошу, простите меня, Ваше Величество! — Резво прокричала Ингрид и ломанулась на выход, петляя зайцем в лабиринте Резиденции.
Очень скоро её нагнала Астрид, которая нашла сестру совсем недалеко от входа в оранжерею.
— Ингрид, родная, что случилось? — Обеспокоенно спросила Астрид, видя в какой состоянии сейчас находилась младшая Шантакаль. И Ингрид всё рассказала, ничего не тая.
— О, моя дорогая! — Выдохнула Асти, обнимая сестру. — Будем молиться Богам, чтобы Император не рассердился.
Когда сестры Шантакаль вернулись в поместье, они надеялись замять эту историю и не рассказывать родителям и старшему брату — наследнику Шантакаль — Гелеону.
Гелеон де Шантакаль, старший наследник своего рода и единственный мужчина после отца. Гелеон был старше Астрид на десять лет, а Ингрид, на тринадцать, но его любимой сестрой, на удивление всех, была именно Ингрид. Частично именно из-за брата Ингрид выросла такой пронырой.
Однако умолчать не получилось. По приезду домой, Ингрид и Астрид обнаружили, что приёмная зала завалена красными розами, что было невероятно дорогим подарком. Отправителем значился Его Величество. Только вот господин и госпожа Шантакаль, вместе с Гелеоном решили, что цветы были адресованы Астрид и были до слёз счастливы, что старшая дочь всё же смогла очаровать Правителя.
Когда Астрид едва заикнулась, что цветы не её, Ингрид умоляюще посмотрела на сестру, в надежде, что та промолчит.
— Они всё равно узнают, Инги! — Прошипела Астрид в ухо сестре.
— Пожалуйста, не сейчас. — Ингрид едва не плакала.
— Хуже будет. — Выдохнула Астрид, но всё же смолчала.
Дом Шантакаль праздновал! И только Ингрид, закрылась в своих покоях, предугадывая дальнейшие события.
Утро следующего дня было шумным. И это ещё мягко сказано! Госпожа Шантакаль влетела в комнату младшей дочери с недоумённым взглядом.